В 1988 году мир ещё не был готов для хита Run-D.M.C. «Beats To The Rhyme»

В 1988 году мир ещё не был готов для хита Run-D.M.C. «Beats To The Rhyme»
  1. 5
  2. 4
  3. 3
  4. 2
  5. 1
(68 голосов, 5 из 5)
0

Run-D.M.C. прославились в середине 80-х, завоевав любовь огромного количества фанатов, у группы было много наград и достижений, а Chuck D назвал их битлами в хип-хопе. Однако, в 1988 году их четвёртый альбом «Tougher Than Leather» оказался в тени более популярных в то время DJ Jazzy Jeff and the Fresh Prince, помимо которых Public Enemy выдавали жару + были такие крутые лирики как Slick Rick и Big Daddy Kane. Но, несмотря на всё это, Run-D.M.C. оставались классикой, в том числе и благодаря своему стилю, плотно связанному с брендом Adidas.

В 1988 году люди решили, что Run-D.M.C. потеряли свой грув. Надо полагать, что так и было. В этом интервью DMC рассказал о том как группа вернулась к корням хип-хопа и как парни записали одну из своих лучших песен, речь пойдёт о сингле «Beats To The Rhyme».

«Beats To The Rhyme» — это B-Side успешного сингла «Run’s House», плотно зарифмованный трэк с крутыми скрэтчами, крутым басом и коллажом сэмплов — от кряхтящего Джеймса Брауна до кричащего Сэма Кинисона. Этот трэк перенёс слушателей на несколько лет назад — в 1983 год, когда Run-D.M.C. только начинали и привнесли с собой в хип-хоп мощную энергетику подачи материала в сочетании с безумно крутыми вещами от Jam Master Jay. Вполне возможно, что на самом деле парни опередили своё время, став ревизионистами в пуризме олдскула.

Неудивительно, что «Beats To The Rhyme» начали потом сэмплировать и другие креативные деятели жанра, в числе которых Digital Undergound, De La Soul, Dr. Octagon и Company Flow + конечно же огромное количество тёрнтейблистов. В предлагаемом вашему вниманию интервью DMC рассказал об этом бомбезном хардкорном футуристическом и просто классном сингле.

Ты говорил, что люди не сразу прониклись этой песней.

Что ж, когда мы впервые это бахнули, то наши люди сразу же полюбили это. Вы знаете о ком я: EPMD, Eric B и Rakim, [Big Daddy] Kane, да каждый. А вот что касается хип-хоп аудитории в целом… это было чем-то космическим и сложным для их понимания, потому что это было настолько энергичным… в этом был дух хип-хопа, который предшествовал записи. В то время было много фанатов хип-хопа, которые привыкли к презентациям, которые были на записях. Так что когда мы пришли с этим, то все наши люди в игре знали, что всем им придётся свалить с нашей дороги и успокоиться! МС, рэперы, продюсеры и диджеи, все это воспринимали вот так: «Йоу, эти чуваки неприкасаемые». Но… аудитория восприняла несколько иначе, типа: «Йоу, это не как «Rock Box»» или «Это не похоже на «Rapper’s Delight»» или «Это не похоже на Special Ed или на записи L.L.». Это была хардкорная футуристическая вещь…

Были ли у вас большие надежды на песню в плане коммерческого успеха?

Нет! Нам было всё равно! Мы не заботились о коммерческом успехе, потому что мы должны были наложить страх божий на KRS-One, Daddy Kane, Eric B and Rakim, Public Enemy, Diggin’ in the Crates Crew, всех этих чуваков. Так что тут дело было не в стремлении к коммерческому успеху. Знаете, в 1988 мы были всё ещё уважаемы и наши концерты были вне конкуренции, но выходило и много другого хорошего материала. Так что мы своего рода потерялись в этой неразберихе. Они не могли дотянуться до нас в том как мы проводили турне и в коммерческом успехе, не могли прикоснуться к нашей репутации, но я сейчас говорю о том, чтобы быть ежедневно у всех на слуху, они не говорили о нас теперь так много.

Erick Sermon и Пэрриш Смит [из EPMD] были для меня как двое сыновей. Так вот, что я имею ввиду, они были настолько взбудоражены, что рассказывали мне обо всех своих успехах. Но в то же время они всё время звонили мне [смеётся] или писали мне на бипер: «позвони мне прямо сейчас, дядя D!» Они выпускали все эти фантастичные песни, они собирали золото слева и справа. Но в то же время я очень гордился ими и я чертовски их подбадривал. Я прославлял их. Но каждый раз, когда я вешал трубку я говорил: «Вот дерьмо! Эти ублюдки собираются занять трон!» Я клал трубку и продолжал: «Вот дерьмо! Если они и дальше будут продолжать в таком духе, то скоро обойдут нас!»

Поэтому мы сделали «Beats To The Rhyme» для того чтобы дать всем понять, что здесь, в этом отличном, прибыльном, кинематографическом, коммерчески-денежно-зарабатывательном жанре, когда речь зайдёт о лучших МС и диджеях, они увидят наши имена. Вот о чём был «Beats To The Rhyme». Безумный факт об этом: мы с Run записали свой вокал поверх другого бита. Возможно это был «Funky Drummer», а может и не он — это был брейкбит, который мы использовали [имитирует брейк «Ashley Roachclip»]. Затем Jay убрал этот бит, а затем сделал трэк «Beats To The Rhyme». Потом он положил этот бит на наш вокал, вот почему мы назвали песню «Beats To The Rhyme» (биты к рифме).

Run-D.M.C. в Нью-Йорке. Фотограф: Janette Beckman, 1987 или 1988 год.

Это показало на практике качество его скрэтчей.

Это, знаете, как если бы… представьте, что мы с Run собирались сделать эту песню а капеллой, даже не говоря об этом Jay, а ему просто нужно было бы потом всё это заполнить. Эта песня по сути была словно бланк для заполнения. Когда мы сделали песню, то знали, что наша миссия была выполнена, потому что, как я уже говорил, тут дело было вовсе не в коммерческом успехе. Меня не заботит насколько хорош KRS-One. Slick Rick делал убийственно крутые вещи! Он просто бахнул «Children’s Story» и эти чуваки уже убрали свои задницы. Так что наша цель заключалась в том, чтобы о нас не говорили в прошедшем времени, что мы были офигенны раньше. Это было похоже на то, что мы собираемся ударить по людям нокаутирующим панчем и сделать некоторую комбинацию, чтобы выиграть в бою, и если мы не выиграем этот бой, то он закончится как минимум ничьёй. Вся красота этого заключается в том, что это возврат к прошлому. «Beats To The Rhyme» это в духе 80-х, хип-хоп стиль ’81 года. Знаете, в стиле Cold Crush и Treacherous Three, но это было футуристичным благодаря трэку и музыке и скрэтчингу.

Да. Я думаю, что именно поэтому песня была так много раз сэмплирована и её использовали многие диджеи.

Да, тут все элементы хип-хопа. Бахвальство, эго, жёсткий текст, ударные, реальный диджейский скрэтчинг. Вы знаете, 1988 год был для нас. Слева и справа от нас были: Eric B and Rakim, EPMD, KRS, Public Enemy! Я помню как имел обыкновение ездить в своём K5 Chevy Blazer и у меня была аудиосистема за $50 000 в этом грузовике-монстре, и я просто ездил по Нью-Йорку слушая «Don’t Believe The Hype» в децибелах.

Перед тем как сделать «Beats To The Rhyme» мы вернулись с дороги вместе с моим человеком, который занимался звуком и светом, Ранни Рэем, мы пришли домой и положили сумки. Сначала нам надо было прийти домой, я собирался за своим Кадиллаком, потом мы отправились на мойку, а затем на Ямайка Авеню, чтобы взять немного пива.

Так что я забрал Рэя и он сидел в моей машине. Run и Jay были очень конкурентоспособны и сосредоточены на том, чтобы выиграть. Для меня эта хип-хоп вещь была забавной, и Рэй знал, что для меня это было просто. Так вот, Рэй сидел в моей машине и сказал: «Йоу, D, я знаю того, кто лучше тебя». И я знал, что он это несерьёзно и подыграл ему: «О чём, ты нах** говоришь? Чувак, я могущественный Король Кача!» Он достал кассету и поставил «Ain’t No Half-Steppin'» в исполнении Big Daddy Kane. И эта вещь «мм-ммм-мм», а затем звучит бит и Кейн говорил: «рэперы подступают ко мне», а затем музыка звучит [имитирует песню].

Я выбросил Рэя из машины: «Убирайся к чёрту из моей машины». А он думал, что я прикалываюсь и улыбался. «Убирайся к чёрту из моей машины, почему бы тебе не сделать это, парень?» Вы можете спросить его. Я выгнал его из своей машины, оставив его стоять на бульваре Франкфилд в Квинсе, и я до конца дня потом ездил по своему району, где-то часов 6, снова и снова слушая «Ain’t No Half-Steppin'». Я слушал это и говорил: «Чёрт, это уже здесь, моя грёбанная карьера закончена». Поездка закончилась.

Мы должны были сделать что-то такое, что в то время никто не делал. И это было нашим ключом к успеху. Секрет Run DMC был в том, что в то время как каждый сэмплировал Джеймса Брауна, используя фанк и джаз, мы собирались делать рок. Вот так мы и выиграли. Так в 1988 году песня «Beats To The Rhyme» была для нас спасением среди всех этих феноменальных артистов.

О «Tougher Than Leather» говорят, что вы парни не шли тогда в ногу со временем.

Так и было!

Но то как ты это описываешь говорит о том, что вы понимали это. Вы чувствовали давление и поэтому всё же решили пойти в другом направлении.

Именно. «Tougher Than Leather» был альбомом, на котором мы были слишком заняты тем, чтобы быть Run DMC, вместо того чтобы просто быть Run-DMC. Для достижения успеха Run-DMC мы не могли бы пойти тем же путём, что и Кейн. Мы не могли пойти тем же путём, который выбрали EPMD. Мы не могли сделать также как делал Slick Rick. Вместо всего этого мы решили сделать нечто такое, что мы делали, когда нам было лет по 15, когда мы практиковались в комнате Джея. Решили вернуться к своим корням — «Sucker M.C.’s», «Here We Go».

Что ж, ты говоришь это в песне: «сделаем это как ежедневно делали в 1983».

Угу! Именно! Это забавно, что мы попытались сделать нечто, что не вписывается в рамки звука того времени, и это было настолько новым, что хип-хоп публика реагировала на это следующим образом: «Это не похоже на «Children’s Story», это не похоже на «Eric B Is President»! Что это? И когда вы слушаете это, то это дикая, амбициозная вещь, без припевов, это было очень панково! Beasties [Beastie Boys] любили это [смеётся]. Так что до тех пор пока это нравилось битлам и Рику [Рубину] мы были спокойны! В хип-хоп сообществе начали говорить о том насколько песня хороша только где-то в ’92 или в ’93.

Когда вы впервые поняли, что хип-хоп начал вращаться вокруг «Beats To The Rhyme»?

О, люди стали говорить об этом! Мы были здесь и после «Beats To The Rhyme», но с 1989 по 1993 никого это не волновало. Pete Rock ненавидит меня за то что говорю это, но это правда: песня «Down With The King» Пит Рока сделала для Run-DMC то же самое, что и песня «Walk This Way» для Aerosmith. Это позволило нам вернуться. Когда вышла песня «Down With The King» [в 1993 году], то мы снова были в чартах, снова были со всеми на гастролях и снова были на радио. Так было 5 лет! Люди любили Run-DMC и знали что мы делали, но мы были как Aerosmith! Мы были парнями, которые делали вещи. Теперь мы делаем все эти интервью. И теперь мы были открыты для Naughty By Nature. Мы были открыты для Q-Tip! Мы были открыты для N.W.A! Мы были открыты для Dre! Мы были открыты для Пака и B.I.G., для всех этих чуваков, все они говорили нам насколько «Beats To The Rhyme» крутейшая вещь. Они ждали, чтобы сказать об этом, так что мы были своего рода вне чартов.

Кто из вас ребят был большим фанатом Сэма Кинисона?

«Dick in your mouth all day!» [строчка из неоцензуренной версии песни, в переводе: член тебе в рот на весь день!] Run был большим фанатом Сэма Кинисона. Знаете, когда Run курил травку и пил пиво, то он просто убойно имитировал Сэма Кинисона.

Помнишь ли ты когда послушал трэк в первый раз после того как Jay его закончил?

Это был страшный путь, то как Jay там всё сделал, потому что, как я уже говорил, мы не делали рэп на трэке! Большая благодарность Davy D. Он тоже многим помог. Причина по которой песня «Beats To The Rhyme» стала такой феноменальной заключается в том, что Dave и Jay являются диджеями. А диджеи становятся лучшими продюсерами! «Beats To The Rhyme» была феноменальной песней потому что мы дали это в руки двум крутейшим диджеям. Это грёбанная диджейская запись, на которой могли бы появиться МС. И, слава Богу, этими МС были я и Run.

Подпишись на наш Facebook | VK | Instagram

Читайте также

Обсуждение

Google+