Как Roc Marciano стал королем андеграунда

Как Roc Marciano стал королем андеграунда
  1. 5
  2. 4
  3. 3
  4. 2
  5. 1
(518 голосов, 5 из 5)
0

За последние 10 лет Roc Marciano превратился из аутсайдера индустрии в икону современного андеграунд-рэпа. Этому предшествовало множество событий: от веселых и духоподъемных до трагических и, казалось бы, безвыходных. Журналист Andre Gee из Rolling Stone провел день с Roc Marciano, чтобы поближе узнать самого героя, окунуться в его прошлое, проанализировать настоящее и узнать о планах на будущее. Мы перевели их разговор и теперь готовы поделиться им.

Для тех, кто хорошо разбирается в независимом рэпе, уроженец Хемпстеда, Лонг-Айленд, Roc Marciano, по сути является крестным отцом этой сцены. Его сольная дискография, особенно такие альбомы, как «Marcberg», «Rosebudd’s Revenge»и «Mt. Marci», являются каноническими проявлениями сторителлинга и насыщенного лиризма. И несмотря на то, что его карьера была связана с жесткими рамками музыкальной индустрии, он нашел способ творить на своих собственных условиях, и, судя по всему, ему удается пожинать плоды. «Мода, кино, больше музыки. Я мог бы создать и группу», — говорит он. «Я просто получаю от этого удовольствие».

Редкий дождливый день в Южной Калифорнии, мы встретились с ним в магазине одежды Gallery Dept. в Беверли-Хиллз, куда можно попасть только по приглашению. Он приветствует меня у дверей двухуровневого магазина, щеголяя блестящей цепочкой с надписью «Искусство, которое убивает», которая в тандеме с его такими же сверкающими часами подчеркивает его желтую толстовку с капюшоном и серые спортивные штаны.

Roc воплощает в себе наилучший сценарий для рэпера, работающего независимо. За несколько недель до 10-ой годовщины его второго альбома «Reloaded» мы сели поговорить о его долгой карьере, которая помогла пересмотреть возможности для начинающих рэперов. Его модель продажи музыки напрямую потребителю дала многим артистам дорожную карту к устойчивой карьере за пределами крупных лейблов.

Стилю Marciano пытаются подражать и другие рэперы; он рифмует с настойчивостью и магнетизмом, которые безошибочно присущи Нью-Йорку, как-будто пытается показать людям места, где они никогда не были.

Тем временем, музыкальная изобретательность Roc Marciano прочно вошла в хип-хоп-продюсирование. Когда знающие слушатели впервые услышали интро на альбоме Drake «Certified Lover Boy», безударный, звонкий вокальный луп, его сразу же приписали к влиянию Roc’a на индустрию. Сам исполнитель говорит, что испытывает смешанные чувства по поводу того, что стало считаться его фирменным подходом: «я хочу, чтобы это было более популярным и успешным, но это же как проклятие, черт возьми. Когда большое количество людей делают то, что делаешь ты, тебе сразу хочется делать что-то другое. Пока музыка — огонь, это все, что имеет значение, потому что интро Дрэйка — это огонь. Если людям это нравится, отлично».

Урожденный Rahkeim Meyer вырос в Хемпстеде, Лонг-Айленд, со своими родителями и старшим братом. «Я просто помню много хороших и веселых времен, когда рос, как и любой другой ребенок на районе. Моя мама была стильной женщиной. Мой папаша был хорошим летчиком. Стремление к чему-то новому всегда было частью моего воспитания. Раньше мы играли на улицах. А потом, конечно, с наступлением эры крэка веселье вышло за рамки родного двора, и дерьмо стало еще более серьезным и насыщенным».

Его родители развелись, когда Року было около семи, а его отец женился и переехал в соседний Юниондейл. Roc в конце концов вышел на улицы, но у него также была зарождающаяся любовь к хип-хопу. Его первыми куплетами были хвастливые боевые рифмы, приправленные сознательностью из учений организации «Нация пяти процентов», которые в конечном итоге привлекли внимание продюсера Кервина «Sleek» Янга, пригласивший его в студию Public Enemy на Саут-Франклин-авеню, 510. Тогда подросток еще не умел самостоятельно продюсировать, но он делал записи с джаз и соул-радиостанций на пленку ночью, а затем показывал другим продюсерам в студии, как он хотел, чтобы звучали биты.

В то же время, когда развивалась его страсть к рэпу, дома дела шли все хуже. «Моя мама много работала, когда я был маленьким. Наркотики оказали большое влияние на мою семью», — вспоминает он. «Через некоторое время я понял, что Хемпстед, возможно, не самое лучшее место для меня. Я живу на бутербродах и консервах. Я переехал к своему отцу, потому что в то время у моего отца действительно все было хорошо. Вот тогда-то мне и пришлось пойти в другую школу и познакомиться с другими людьми за пределами своего района».

Во время учебы в школе Юниондейла он познакомился с братом Busta Rhymes’a, который обратил внимание своего старшего брата на талант Roc’a. К тому времени, когда он достиг совершеннолетия, Roc был полностью предан рэпу: «Я знал, что баскетбол не сработает. Без собственного дома и стабильности ты не станешь чертовой звездой баскетбола, если твой рост не около 6 футов 10 дюймов (2 метра, — прим. ред.)», — размышляет он. Это смотивировало его научиться продюсировать самому у одного друга, у которого он снимал квартиру в подвале в конце девяностых.

Roc говорит, что Flipmode Squad был всего лишь планом на будущее в тот момент, когда он встретил Басту впервые, но после того как рэперу удалось сольно стать звездой, они познакомились поближе и Roc присоединился к новоявленной команде. «Первые дни работы в Flipmode были ускоренным курсом в музыкальный бизнесе. Прямо с улицы сразу в музыкальный бизнес», — говорит он. «Я помню, как получил свой первый чек: я чувствовал себя так, словно ограбил банк. Это не похоже на то, что вы даете альбом и получаете за него деньги. Тебя подписывают только потому, что у тебя может быть демо. Ты получаешь мешок денег просто за потенциал». Marciano наслаждался финансовой свободой и путешествовал по стране с Бастой, который мог поделиться мудростью с рэпером, когда тот только начинал. Однако в конце концов Roc начал чувствовать, что он не полностью процветает как член коллектива.

«Я просто начал понимать, что я никак не развиваю собственный стиль», — говорит он. «Я уже выработал свой собственный стиль, свои собственные музыкальные ощущения и предпочтения. То, что мне подходит, о чем я хотел бы поговорить и что соответствует моему голосу. А когда вы приходите в бизнес, то все это просто отходит на второй план. Вы берете меня со всеми этими свежими идеями, но у вас также есть все эти платиновые продюсеры. Так что, очевидно, бизнес всегда будет принадлежать продюсерам, а вы должны просто соответствовать тому, что происходит в бизнесе в данный момент».

Busta Rhymes и Roc Marciano на церемонии The Source Hip-Hop Music Awards (1999 г.)

В конце концов, Roc покинул Flipmode Squad и занялся своим делом. Он объединился с другими рэперами из Лонг-Айленда Dino Brave, Laku и Mic Raw и сформировал группу UN. Изначально предполагалось, что их дебютный альбом «UN or U Out» выйдет на лейбле Loud Records, но компания прекратила свою деятельность в 2002-ом году. Тогда они отнесли пластинку на 456 Entertainment Карсона Дейли (ведущего MTV в США) и выпустили ее в 2004-ом году. Roc говорит, что в значительной степени в одиночку выступил исполнительным продюсером проекта, в дальнейшем это послужило ранним проблеском звука, который спустя годы начал доминировать в рэп-андеграунде. Трек «Golden Grail» включает в себя соблазнительный струнный луп с минималистичными ударными и сдержанными басовыми нотами. Конечно, Roc все делал именно так, как хотелось ему, но все же, по его словам, альбом «UN or U Out» не сработал.
В тот момент он был разочарован индустрией: «это была очередная попытка воспользоваться посредничеством, ведь в голове все еще сидела мысль, что я должен пойти к кому-нибудь, чтобы мне помогли. С этим я окончательно покончил». Когда его спросили, не утомила ли его индустрия, он ответил: «я не был утомлен, но я определенно покончил с любыми посредническими попытками для возвращения в игру».

Все это было до того, как интернет упростил создание пиара без лейбла, поэтому Roc оставил музыку и провел период середины нулевых занимаясь деятельностью, которая легла в основу многих его песен. «Я некоторое время жил в Филадельфии. Я много раз переезжал в другие места», — говорит он. «Мне пришлось вернуться к своей прежней жизни, к тому, в чем я точно разбирался», — говорит он. Иногда он подумывал о том, чтобы вернуться к музыке, но уже не зацикливался на ней так, как раньше. Он даже подумал, что его шанс, возможно, уже ушел. «Я не думал, что буду больше заниматься музыкой на том уровне, на котором я бы достиг того, что имею сейчас», — говорит он. «Я подумал, что, возможно, мое время уже прошло. Если бы я почувствовал необходимость выпустить что-то новое, то мог бы, потому что мне это нравится. Но в то время я не был сосредоточен на том, чтобы стать артистом».

В тот период один из близких друзей Marciano был убит, когда они занимались нелегальной торговлей на улице в Филадельфии, и вскоре после этого в его доме произошел налет — он узнал, что кто-то донес на него. Тем не менее, даже в этой суматохе рэпер увидел луч надежды: «учитывая дерьмо, которым мы занимались, я знал, что со мной когда-то произойдет что-то подобное, мне повезло, что не случилось чего-то похуже», — говорит он. «Когда я понял, что мне сильно повезло, я осознал, что у меня есть более важное призвание. Так что с того времени я даже не оглядывался назад». Он говорит, что ни разу не был в тюрьме и даже когда явился с повинной, чтобы предстать перед другим старым обвинением в употреблении наркотиков в 2020-ом году, дело быстро закрыли, потому что оно было слишком неубедительным.

В концу 2000-ых пиратство опустошало музыкальную индустрию. Продажи альбомов неуклонно снижались, а бюджеты лейблов сокращались. Артисты цеплялись за танцевальные песни и готовые треки для рингтонов, чтобы выжить, это заставило Nas’a объявить, что «Хип-хоп умер». Но там, где многие в музыкальной индустрии видели разрушение, Roc видел шанс на возвращение. «Когда музыкальный бизнес рухнул, многие люди сходили с ума, вырывая на себе волосы. Я же наоборот воспринял это как хороший знак», — вспоминает он. «Все эти посредники… мы можем убрать их с дороги, чтобы все было напрямую от артиста к потребителю и людям, у которых есть деньги для инвестирования. Для меня это было веселое время». Появились рэп-блоги, которые сотрудничали с iTunes, чтобы разместить всех исполнителей на одном цифровом рынке. Демократизация рэпа происходила в пользу артиста, и Roc был готов воспользоваться этим преимуществом.

Roc снова связался с бывшими менеджерами Loud Records, Matty C и Scott Free, и затем подписал контракт с новым лейблом основателя Loud Steve Rifkind’a — SRC Records. Там он начал работать над своим дебютным альбомом «Marcberg». Roc все еще преодолевал мрачный период в своей жизни, а данный проект был его последней отчаянной попыткой в мире музыки: «я знал, что если бы я не понял, что это поворотный момент в моей жизни, то кем бы я был? Был бы просто еще одним типом на углу или просто работал бы на какой-нибудь случайной работе или что-то в этом роде. Я дошел до того момента, когда понял, что нужно поторопиться. Я должен решить, где я собираюсь использовать свой талант». Даже когда он стал жертвой раскола между Free и Rifkind и был исключен из SRC, он не стал тормозить, а взял свой альбом «Marcberg» и отнес на лейбл Fat Beats, где закончил его, выпустил в мае 2010-го года и получил одобрение среди критиков.

Затем, два года спустя, вышел «Reloaded». Он создал альбом сразу после рождения своего сына: «я все еще считаю, что этот альбом настолько безумен, потому что у меня было самое большое вдохновение, какое только может быть. Он в ходунках, пока я слушаю пластинки и делаю биты», — вспоминает Roc. За хорошо зарекомендовавшим себя вторым проектом последовал микстейп «Pimpire Strikes Back» и «Marci Beaucoup» в 2013-ом году. Всего за четыре года он оказал неизмеримое влияние на рэп, но восторженные отзывы не приравнивались к финансовому успеху: «ты получаешь отзывы критиков и тому подобное, но, когда ты не зарабатываешь денег, ты не ощущаешь отдачи. Это очень тяжело. Я не говорю, что я вообще не зарабатывал денег, но мне нужно было придумать способ избавиться от большого количества посредников». В 2016-ом году Roc решил разместить свой альбом «Rosebudd’s Revenge» на своем веб-сайте, что, по его словам, принесло ему неплохие деньги. В 2018-ом он и вовсе выпустил «Rosebudd’s Revenge 2» эксклюзивно только на сайте за 30 долларов. По его же словам, ему удалось вернуть все инвестиции в альбом за один день.

Roc Marciano давно укрепил свое наследие, но у него все еще есть границы, которые он хотел бы раздвинуть: «я хочу больше петь. Люблю R&B. Я хочу позаигрывать с этим побольше. Больше живых инструментов, потому что мы скованы рамками людей, думающих, что мы просто сэмплеры. Поэтому я хочу изучить кое-что из этого материала, повеселиться с ним».

В сентябре Marciano выпустил «The Elephant Man’s Bones» с The Alchemist, в котором оба исполнителя раздвигают свои творческие границы. Хорошо принятый альбом демонстрирует, как Roc рассказывает всем уже знакомые истории под биты, которые варьируются от зловещего «Rubber Hand Grip» до экспериментального «The Horns of Abraxas». Хорошо зарекомендовавший себя 14-трековый проект доказывает, что минимализм не является отсутствием звуковой изобретательности.

После интервью мы возвращаемся к лицевой части магазина, окруженные всем: от спортивных костюмов и джинсов до диванов и обеденных столов, выставленных на продажу. Оказавшись снаружи, я вижу Roc’a, стоящего посреди помещения, готового вернуться к делу.

Перевод: Кирилл Гиро

Подпишись на наш Facebook | VK | Instagram

Читайте также

Обсуждение