Large Professor стал композитором фильма о хип-хопе и скейтбординге «All The Streets Are Silent»

Large Professor стал композитором фильма о хип-хопе и скейтбординге  «All The Streets Are Silent»
  1. 5
  2. 4
  3. 3
  4. 2
  5. 1
(44 голоса, 5 из 5)
0

В новом интервью Large Professor рассказал о создании музыки к «All The Streets Are Silent» – документальному фильму, посвящённому взаимодействию культур хип-хопа и скейтбординга в период с 1987 по 1997.

За почти 30 лет, хип-хоп и скейтбординг прошли путь от рамп и подворотен до статуса мультимиллиардной индустрии. С 2017 года рэп начинает обгонять рок-музыку по продажам на территории США и к концу десятилетия официально становится самым популярным музыкальным жанром страны. В 2020 году скейтбординг был включён в перечень олимпийских видов спорта, а базовый бренд уличной и скейтерской одежды Supreme был продан компании VF Corporation за 2 миллиарда долларов. В последние годы богатство и влияние обеих индустрий растёт взрывными темпами, а документальный фильм «All The Streets Are Silent», премьера которого прошла в этом году на фестивале Tribeca Film Festival (показ продолжается в концептуальных кинотеатрах), был создан, чтобы ещё больше сплотить две культуры, неразрывно связанные с самого начала своего пути. Фильм, созданный Jeremy Elkin, исследует взаимодействия культур хип-хопа и скейтбординга на протяжении 10 лет – с 1987 по 1997, фокусируясь на основных точках соприкосновения: ночном клубе Mars, легендарном нью-йоркском андеграундном радиошоу диджеев Stretch Armstrong и Bobbito Garcia, бывшем скейт-парке Brooklyn Banks, дебютном фильме Larry Clark «Детки» 1995 года, жизненном пути скейтера и актёра Harold Hunter. Создателю проекта удалось раскрыть для зрителей множество культурных аспектов менее, чем за 90 минут, а задача Large Professor в работе над фильмом заключалась в написании саундтрека, который позволил бы собрать всё это вместе.

Large Professor известен как рэпер и продюсер, начавший свою карьеру в качестве лидера Main Source. Изначально Elkin лишь попросил у Pro разрешение на использование нескольких его старых треков в фильме, но в итоге Large Professor создал для фильма ряд новых композиций.

“Сначала процесс стопорился, потому что мне надо было пересматривать фильм и как следует вникать в задание,” – говорит Pro. – “Потом, тем не менее, дело пошло быстрее: писать музыку к фильму оказалось не сложнее, чем биты для рэперов.”

Любовь и почтение к boom-bap прослеживается у Large Pro и в калейдоскопе сэмплов, и в живых инструменталах, и в современных наработках, которых полным-полно в свежесозданном саундтреке. Брейкбиты переплетаются с тёплыми воспоминаниями рэперов, продюсеров и диджеев о множестве музыкальных площадок клуба Mars. займ на карту мгновенно — mirziamov.ru Грохот барабанов и тарелок добавляет красок старым записям трюков, выполняемых скейтбордистами. Один из самых интересных моментов в озвучке наступает ближе к концу фильма: Pro выдаёт бит, сочетающий в себе ритмичность прошлого и напыщенность настоящего, в сопровождение сцены с подающими надежды скейтерами Tyshawn Jones и Beatrice Domond. Это всё нельзя назвать суперсовременным, но попытки построить мосты между поколениями безусловно искренни, как и весь фильм.

“На следующий день после премьеры я отправился в магазин винила A-1 покопаться на полках. Ко мне подошёл мальчик и сказал: ‘Я был вчера на премьере. Это так здорово!’” – вспоминает Large. – “У него с собой был скейт и всё такое, так что действительно круто.”

Мы поговорили с Large Professor о его работе над музыкой к фильму «All The Streets Are Silent», об отношении к саундтрекам и о сохранении наследия хип-хопа для будущих поколений.

Каковы твои первые воспоминания на тему пересечения культур хип-хопа и скейтбординга? Думаю, Main Source и особенно хит “Live at the Barbeque” были особенно популярны у скейтеров в то время.

Безусловно. Это был саундтрек нашего времени. У нас, когда я сам гонял на скейте, не было ни плееров, ни чего-либо такого. Мы слушали музыку на улице. Я тусовался в городе, когда там катали крутые парни типа Harold Hunter, и это было нереально. Он проезжал мимо меня, и он был в теме хип-хопа до мозга костей.

Возможно, ты сам отчасти черпал вдохновение в скейтбординге, когда создавал себя в хип-хопе?

Да, и в основном благодаря быстроте движений, которыми известен скейтбординг. Так же, как и брейк-данс, и смертельно опасные трюки, которые каждый обязан был попробовать, чтобы самоутвердиться. Всё это подтолкнуло меня к идее передавать эту энергию на языке музыки. “Live at the Barbeque” обладает скейтбордическим темпом. Это не тот трек, под который отдыхают, подсчитывая купюры.

Давай поговорим о музыке для фильмов. Какие саундтреки произвели на тебя самое яркое впечатление с первого же прослушивания?

Мне нравится вся музыка, написанная Isaac Hayes: в фильмах «Truck Turner, Shaft, Black Caesar». Причём потому, что всё это происходило примерно в то же время. Там тебе и винил, и скейтбординг, и хип-хоп – всё, что надо! Когда я знакомился с саундтреком, он сразу становился для меня чем-то большим, чем просто аудиозапись.  Это музыка, живущая в фильме, и она обладает неповторимой привлекательностью. Особенно соул-переходы.

Когда тебе впервые предложили взяться за музыку к All The Streets Are Silent?

Мой друг Vinny Ponte дозвонился до меня и сообщил: “Йо, у меня тут друган Jeremy Elkin над фильмом работает. Рекомендую заценить!” Мы созвонились, и он прислал мне фильм. Поначалу шло медленно, потому что надо было не просто фильм смотреть, но и вникать, что от тебя требуется. Но потом пошло легче: оказалось, что это вполне сравнимо с созданием битов для рэперов. Ты сидишь, наигрываешь биты, а они перебирают их, пока не обнаружат то, что им подходит.

Как шёл рабочий процесс? Ты сам задумывал определённую последовательность треков, или это было с подачи Jeremy?

Было отчасти и так, и так. Jeremy заранее выбрал несколько моих старых треков, которые он хотел использовать в фильме. Потом попросил меня накидать ещё битов в промежутках. Мы сели, прошлись по нескольким трекам и вместе подобрали, что нужно.

Приходилось ли тебе делать музыку для фильмов до работы над «All The Streets Are Silent»?

Это мой первый опыт создания музыкального сопровождения к фильму. Раньше просто использовали мои треки в фильмах: в комедии «White Men Can’t Jump» звучит Main Source “Faking The Funk,” в «Boyz n The Hood» звучит “Just A Friendly Game of Baseball,” а в «High School High» – наш с Pete Rock трек “The Rap World.” Так что свою музыку я слышал уже только в готовом фильме, но как её туда вставить – не думал, и это стало новой задачей. Вроде бы получается то же самое, но работа представляется совершенно иначе.

 

С чего ты начал создание саундтрека?

Сначала нужно было посмотреть фильм от начала до конца и понять, нравится ли он мне вообще. А после просмотра я предавался воспоминаниям о прогулках в районе 8-й улицы, куда я ходил посмотреть на тех крутых скейтбордистов. Ещё мне понадобились все клипы шоу The Stretch & Bobbito Show. Они согревают мне душу и очень помогли мне для вдохновения.

В фильме немало внимания уделено ночному клубу Mars, где множество рэперов и диджеев разных музыкальных жанров оттачивали своё мастерство. Какое влияние, в целом, оказала музыка с тусовок в Mars на твой подход к написанию саундтрека?

Я никогда особо не отклонялся от своего стиля в написании битов, поэтому я просто задействовал немного другую технику и тактику. Но как круто было видеть кадры с Clark Kent, Jaz-O, JAY-Z — из того самого времени. Там, в Mars, было много разных этажей. На одном играли джаз, на другом – какой-нибудь сумасшедший панк-рок. Это было нереальное место, чувак.

В большинстве созданных тобой композиций задействованы разнообразные сэмплы, брейкбиты и живой инструментал. Наверно, непросто комбинировать всё это так, чтобы получилось нечто целостное?

Всё шло как по маслу. С удовольствием вспоминаю то время: я просто был в потоке и немного его модернизировал. Как бы звучал boom-bap для современных детей, вливающихся в культуру? Скорее всего, именно так. Современная волна, сохраняющая в то же время своё жёсткое, грубое звучание. Всё как любим мы в Нью-Йорке — наш старый добрый boom-bap.

Фильм заканчивается композицией “Large Pro: Verbs” с твоего проекта 2009 года The LP. Почему для завершения фильма выбрали именно её?

Это всё Jeremy, чувак. Он просто сказал: “Закончить надо вот так.” Тогда я был немного обескуражен. В нём есть какая-то магия, не требующая лишних вопросов, особенно когда он увлечён работой. Я вот люблю прослушивать свои треки определённым образом. Надо было сидеть, смотреть фильм и размышлять: “Что навело его на мысль поставить именно сюда эту песню?” Потом, когда я посмотрел готовую картину, всё сложилось. Была проделана большая работа, особенно хорошо они ввернули туда финансовую и политическую составляющую уличной культуры. “Large Pro: Verbs” в конце фильма подчёркивает глубину идеи, которую мы старались донести.

И рэп, и скейтбординг стали на данный момент одними из самых влиятельных форм массовой культуры в мире. Буквально в прошлом году скейтбординг официально стал олимпийским видом спорта. На правах человека, сыгравшего огромную роль в развитии звучания рэпа и скейтбординга, как бы ты оценил наследие этих культур спустя почти 30 лет?

Всё так же искусно, яростно и по-уличному грубо. Особенно хочу выделить: искусно. Эти люди совершенствовались и продолжают совершенствоваться в том, что делают. Ребята показывают высший пилотаж и поднимают планку всё выше. В этом мастерстве и заключается основное наследие.

Я бы добавил, что и рэп, и скейтбординг заключаются, по сути, в создании чего-то из ничего. Скейтбординг вообще разросся из идеи кататься на доске, на которой невозможно нигде кататься.

Именно. Кое-что из ничего. У меня были свои претензии к тому, до чего дошёл хип-хоп. Вроде бы вот оно, рядом, но потом его создатель отходит от дел. Но это правила игры для всех, кто вступает в этот большой бизнес. Тем не менее, мы никогда не забываем о сути нашей культуры, где и как бы то ни было. Вот чем так крут фильм «All The Streets Are Silent»: даже несмотря на то, что скейтбординг получил олимпийское признание, он остался там, где зародился – культурой “кое-что из ничего”.

 

Перевод: Таня Кашкарова

Подпишись на наш Facebook | VK | Instagram

Читайте также

Обсуждение